Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Название: Пятнадцать
Автор: Ditrix Dem
Беты: .анемон, Сасори-но-Менгеле
Размер: мини, 1471 слова
Пейринг/Персонажи: Шино, Киба
Категория: слеш
Жанр: быт шиноби, романс
Рейтинг: PG
Краткое содержание: Иногда понимаешь, что самоуверенное "уже" на самом деле только начало пути.
Разрешение автора на размещение его работы: получено.

Ощущения меняются постепенно.

Сначала начинаешь улавливать нюансы, отличая один оттенок от другого, и видеть несуществующие в реальности формы. Потом цвета и линии проступают все ярче, обретая осязаемость.

Шино давно ждал, когда это произойдет. Тонкая, полупрозрачная пленка куколки лопается. Промежуточные этапы закончены. Личинка выходит из куколки.

В январе ему уже исполняется пятнадцать. От долгого и тесного взаимодействия с насекомыми клан Абураме слишком сильно отличается от остальных. Их симбиоз — промежуточный этап между взаимодействием и слиянием. Странное ощущение незаконченности, когда ты вроде человек, но в то же время что-то еще. И то, что обычные люди принимают за нелюдимость и отчужденность, на самом деле совершенно иное восприятие мира.

Шино прислушивается к чужой жизни внутри себя. Тихое, привычное гудение колонии, словно утробное урчание огромного зверя. Это значит, что никакой опасности нет.

Им нравится меняющейся вкус его чакры. На фоне физиологической перестройки в его теле она становится гуще и сытнее, напоминая нектар цветов в конце лета. Шино не знает этого вкуса, ему достаточно запаха, чтобы представить.

Яркие оттенки сердцевины цветка, словно детские леденцы, и совершенно невзрачные лепестки, серые, белые, черные. Все это в плотном коконе из сладкого плотного запаха, тянущегося как патока.

Для него и насекомых понятие запаха вплетается в представление об осязании. Но в полной мере это проявляется лишь после пятнадцати, одновременно с половым созреванием. С мира словно сдергивают мутную пелену. Запах и форма предметов сливаются и расцвечиваются красками.

Не только предметы и люди, но также их эмоции и ощущения. Необходимость облачать чувства в слова становится все меньше.

***


Конец лета. Солнце стоит в зените. Тени от предметов истаивают и от палящих лучей не скрыться.

Мир расцвечен яркими пятнами запахов. Шуршащими, неровными, гладкими, скользкими, обволакивающими… Шино привык к ним. Так можно не замечать одежду, прикасающуюся к коже. Чуткие рецепторы привыкают и перестают реагировать на постоянные импульсы.

Но один из запахов проступает на общем фоне. Словно барельеф на фоне старой расчерченной трещинами и сколами стене.

Киба усмехается широко и нахально. Острые иглы запаха. Влажно поблескивают заостренные клыки. Просвечивают красным через матовую белизну. Он сжимает и разжимает ладони, отчего кончики удлинившихся когтей царапают кожу. На землю срывается несколько алых капель. Теплый металлический запах. В его глазах стоит азартный восторг от драки, и ему хочется больше. Этот частокол запаха топорщится, словно вздыбленная шерсть на собачьем загривке.

«Увлекающийся», — констатирует про себя Шино и переступает, перемещая вес. Тренировка еще не закончена.

Хината с тревогой наблюдает за ними из тени. Невесомая завеса оттенков колышется, меняя цвет с пастельных оттенков на более темные и глубокие. Она беспокоится. А Акамару смотрит на них, как на сумасшедших, высунув розовый язык и наверняка посмеиваясь про себя. Пока он не чувствует сильных эмоций, его запах ничем не примечателен.

Полдень — не лучшее время для тренировки.

«То, что надо!» — самоуверенно заявил Киба сегодня утром. Сейчас он уже не настолько бодр.

Шино подмечает чужое тяжелое дыхание, и то, как часто Киба облизывает губы. Чужое упрямство вызывает недоумение. А еще Шино чувствует изменения…

В июле Кибе тоже исполнилось пятнадцать. Теперь его запах ощущается совсем иначе. Густой и тягучий. Он неохотно стекает с чужой кожи, затем отделяется и плывет. Недолго. Быстро оседая на землю. Если присмотреться, можно разглядеть отдельные волокна. Короткие и колкие, как собачья шерсть. Шино не хочет приглядываться, это знание ему ни к чему, но обоняние цепляется за эти образы. Фиксируя внимание совсем не на том, на чем следовало.

Киба делает выпад. Уклониться не составляет труда. Красное свечение в матовой белизне игл проступает ярче. Словно пульсирующий и налитый артериальной кровью сосуд. Движение видится красным свечением в общем белом цвете. Раздражение, азарт, восторг…Сильные чувства. В воздухе плывут обрывки чужого запаха, оседая на его одежде.

Он перехватывает чужую руку и валит на землю. Запах становится более резким. Иглы встают дыбом, обретая плотность.

— Достаточно!

— Я еще не закончил! — Киба барахтается на земле, пока Шино цепко держит его за руку. Но Шино видит, как иглы медленно начинают сглаживаться.

— Закончил. Ты вот-вот схватишь тепловой удар.

— Да откуда тебе знать! — Киба все-таки высвобождает руку и встает, отряхиваясь. На влажную футболку налип песок. А к колкому запаху прибавилась приятная шершавость.

— Чувствую, — произносит Шино. Киба выразительно фыркает и отходит к Хинате. Хватает бутылку, жадно глотая воду. Мутный шлейф, насыщенный жарой, становится более прозрачным.

Шино поднимает руку и стряхивает несуществующий запах. Не существующий ни для кого. Кроме него.

***


Шино ненавидит химические средства для стирки. Они не просто колючие, а режущие и болезненные. В его семье никто ими не пользуется. Он наливает темную мыльную настойку и экстракт в таз с одеждой и ждет положенные полчаса. Потом остервенело трет ткань и полощет, но кажется, что чужой запах застрял в его одежде намертво.

Это его беспокоит.

Подобное никогда раньше не случалось.

Он не хочет чувствовать этот запах на себе или рядом. Первые ноты букета: выделанные шкуры, какая-то горьковато-пряная трава, еще что-то... Дальше не разобрать. Запах пестрый как бездомная дворняга, слишком много оттенков… Хината пахнет иначе. Ее запах ровный и мягкий. Ничем не запоминающийся. Шино бы сказал, что он кремово-лилового цвета и рассеивается слишком быстро, чтобы задержаться... Запах Кибы застревает намертво. Шино мерещится его присутствие везде, они пахнут странно, раздражающе и невыносимо.

Он полощет одежду снова и снова. Трет щеткой и с тяжелым вздохом отбрасывает. Бесполезно. Он видит его даже сквозь зеленоватые упругие запахи трав.

С того дня Шино начинает наблюдать. В запахе Кибы много цветов и ощущений. Они колющие, неровные, резкие. Шино не может понять, что именно чувствует, они одновременно раздражают и вызывают странные ощущения. Ночью его сознание подбирает десятки и сотни ассоциаций, порождая беспокойство. Ему кажется, что вся его одежда уже пропитана ими. Жуки приходят в волнение. В это время они обычно ведут себя вяло, активизируясь лишь к вечеру. Но из-за эмоций Шино их образ жизни меняется.

Все чаще Шино слышит тишину – верный признак того, что колония внутри него беспокоится. В их запахе завис немой вопрос и ожидание. Резкими нотками и острыми гранями.

Шино нечего им ответить.

***


Жук медленно ползет по запястью. Останавливается. Настороженно шевелит усами и пару раз проводит задними лапками по надкрыльям. Темный хитин отливает металлическими зелеными оттенками. Он ненадолго замирает, проверяя, затем ползет обратно. Посланный сигнал, короткий и четкий с ровными краями, напоминающий квадрат, плывет, оседая на коже чуть ниже. На проверку выходит следующий.

Звенящая тишина рождает напряжение. Мышцы шеи и спины в последнее время нестерпимо сводит. Тело реагирует на тревогу насекомых по принципу обратной связи. Шино кажется, что он возвращается на первобытный уровень общения с реальностью, когда еще не было разума и люди действовали только на инстинктах.

Шино устало вздыхает и откидывается на дерево. Он чувствует теплую пульсацию и приятный терпкий запах, неровный, как и сама кора. Это обволакивает и дарит чувство уюта.

— Шино…

Он помимо воли делает глубокий вздох. Плотная масса обступает, грозя поглотить и утопить в себе. Поверхность запаха взъерошивается неровностями, Киба явно обеспокоен.

— Что случилось?

— Это я хотел спросить. Ты какой-то странный. Пахнешь странно. Ведешь странно. Жуки твои… бесятся.

Шино поднимает взгляд. Киба нависает сверху, сложив руки на груди, рядом сидит настороживший уши Акамару. Оба смотрят на него с подозрением. Принцип обратной связи. Люди и животные. Они с Кибой похожи больше, чем с кем-либо еще.

— Ничего. Просто ты пахнешь.

Шино просто констатирует факт, и запоздало вспоминает, что не для него одного запахи значат слишком много…

Облако запаха колышется, идет волнами и ерошится короткими отростками. Киба выглядит расстроенным.

Наверное, не стоило этого говорить. На языке запахов говорят немногие. Он слишком прямолинеен и откровенен.

— Так плохо?

— Нет, — на этот раз Шино старательно подбирает слова. — Просто сильно.

И, кажется, все равно ошибается.

— Прости… — Киба зарывается рукой в волосы и нервно дергает пряди. — Это… перестройка. Сестра предупреждала, что так будет, но я не думал, что кто-то еще заметит. Извини, я что-нибудь придумаю.

Он поворачивается и быстро уходит. Шино не верится, но, похоже, он в первый раз видел Кибу настолько смущенным.

***


Если бы Шино знал, чем это для него обернется, то предпочел бы промолчать.

От химического запаха ментола першит в горле. Словно по тонкой оболочке слизистой провели наждаком, сняв ее до мяса. Шино бесконечно сглатывает горькую слюну и поднимает воротник повыше. Киба хочет замаскировать собственный запах и не жалеет для этой цели лосьонов, дезодоранта и прочей дряни, которую Шино не переносит.

Искусственные запахи вызывают мигрени и тошноту. Колония неодобрительно шумит, требуя прекратить это издевательство. Но Шино терпеливо молчит.

Он уважает желание Кибы.

Запахи легко выдают эмоции. Шино ощущает чужую неуверенность темными изгибами трещин. Они тянутся темной сетью по светлой поверхности. Очертания естественного запаха Кибы скрываются за мутной зеленовато-бирюзовой пеленой ментола. Он хочет спрятаться, и Шино может его понять.

Но проблема в том, что уже поздно.

Шино не умеет говорить, иначе бы он сказал Кибе, что ему не о чем беспокоиться и то, чего он не должен знать, ему уже давно известно.

Увлекающийся.

Шампунь с резкими пряными нотками. Колкие неровности мелких гранул. Дезодорант с искусственной свежестью. Одеколон с ментолом, рвущий на куски и забивающий все остальное. Тяжелая артиллерия в мире запахов, когда ты отчаянно пытаешься уничтожить правду.

Если смотреть не только на себя, то можно увидеть многое.

Но Киба слишком одержим тем, чтобы спрятаться, а Шино еще не принял окончательного решения.

Возможно, что пока еще рано.

Ведь им всего пятнадцать.

@темы: Яой, Фанфикшн, Киба/Шино